вместо ответов на задания ЕГЭ в Интернете вполне можно было разместить ответы на задания традиционной экзаменационной работы.

- В чем вы лично видите плюсы и минусы ЕГЭ?

- Первый очевидный плюс - совмещение государственной итоговой аттестации выпускников школ и вступительных испытаний в средние и высшие учебные заведения.

Второй плюс - документы для по-ступления можно подать одновременно в несколько средних и высших учебных заведений как в своем, так и в чужом регионе.

Третье - снижается роль субъективного фактора при зачислении абитуриента.

Когда говорят о минусах ЕГЭ, чаще всего речь идет о «натаскивании» выпускников на выполнение тестовых заданий. Но и это спорный вопрос. Если бы все было так просто, то за шесть лет проведения ЕГЭ в России неудовлетворительных отметок вообще не было бы.

Да, члены предметных комиссий отмечают некую неравноценность заданий разных вариантов по сложности. Требует дальнейшего совершенствования контрольно-измерительные материалы ЕГЭ. Но все это вполне разрешимо.

- Есть в области школы, в которых качество обучения оставляет желать лучшего? И что с этим делать?

- Конкретные школы называть не буду. Есть муниципалитеты, где выпускники показывают результаты хуже, чем в среднем по области. Это Кольский, Терский, Ловозерский, Печенгский районы, Оленегорск и Кандалакша. Но при этом в этих же городах и районах есть очень результативные школы.

Улучшить образование можно за счет анализа ситуации, что мы и делаем в каждом отдельном учреждении. Затем определяем меры по повышению качества обучения.

- Мурманская область не выиграла в конкурсе программ субъектов РФ, внедряющих комплексные проекты модернизации образования. С чем это связано?

- Нужно прежде всего отметить, что это не конкурс достижений, а конкурс обязательств субъектов. Чем больше был разрыв между обязательствами и имеющимися достижениями регионов, тем больше было шансов на победу. У нас этот разрыв был незначительным.

Межведомственная проектная группа разработала, а областное правительство в мае этого года одобрило Комплексный проект модернизации образования Мурманской области в 2007-2009 гг. На его реализацию направляются значительные средства. С 1 января 2008 года зарплата учителей увеличится на 40 процентов.

Пять основных направлений, определенных правительством области, связаны с повышением престижа труда учителя, созданием ресурсных центров профильного обучения, контролем качества образования, расширением общественного участия в управлении образованием. Все это позволит в течение трех лет повысить качество и доступность образования.

- А насколько муниципальные власти готовы к тем переменам, которые грядут в связи с модернизацией системы образования?

- В целом они готовы. Если говорить об отдельных муниципалитетах, то здесь степень готовности различна. Есть такие, в которых с самого начала активно включились в работу и сегодня имеют детальные планы на весь период. С рядом муниципалитетов еще придется серьезно поработать.

- Василий Филиппович, что вам категорически не нравится в системе нынешнего образования?

- Мне не нравятся две вещи. Во-первых, способность забалтывать любое рациональное решение, в результате чего мы получаем топтание на месте. Например, еще в 1992 году было принято решение о том, что в России должны существовать образовательные стандарты. Мы болтали про это 15 лет, и только в сентябре 2007 года Госдума в первом чтении приняла закон о государственных образовательных стандартах.

Что означает эта 15-летняя болтовня в нашем педагогическом сообществе, и не только в нем? Это означает, что мы разбалансировали единое образовательное пространство в России. У нас теперь школа в одном регионе отличается от школы в другом регионе, что сильно влияет на качество знаний. И ЕГЭ это выявляет - итоги разнятся.

Возьмите проблему русского языка, особенно в национальных республиках, там где национальный язык - второй государственный. Это же полное незнание русского языка. А что творится с новейшей историей? Каждый учил, как хотел, по разным учебникам. Совершенная разбалансировка взглядов на проблемы современного развития России.

- Что предполагают образовательные стандарты?

- Если существует программа по физике, то она должна быть обеспечена 15-ю лабораторными работами, для этого необходимо столько-то оборудования, столько-то реактивов, то есть наличие условий. Нужны кадры учителей с высшим образованием, нужны санитарные условия.

И еще. Стандарты предполагают рамки: жесткие требования к выпускникам - что они должны знать. Методику обучения, набор учебных материалов может выбирать сама школа и учитель, но на выходе должны быть знания. А дальше вы делаете Школу радости. Да такие открывались, в свое время около трехсот таких школ появилось в стране. Там ученику якобы радостно учиться. Правда, сложить два и два он не мог, но учиться ему было радостно. Уверяю вас, что все ученики очень обрадуются, если учиться не надо, если они займутся музыкой, танцами. А кто будет тогда их кормить?

- Итак, согласно стандартам появится некая учебная программа, которой учитель может придерживаться, а может и не придерживаться. Но он обязан выдать результат. Правильно?

- Да, и этот результат, сгусток знаний будет проверяться независимой экспертизой - единым госэкзаменом. Заодно и труд учителя проверят. Казалось бы, вот такое простое решение, но по поводу него уже устраивают в думе дебаты. Опять начинается болтовня.

- Как скоро можно ожидать принятия закона о стандартах в окончательном чтении?

- Госдума собирается принять закон до окончания срока своих полномочий. Рамки учебных программ прикинет правительство. То есть мы начнем переход на новые стандарты с 1 сентября 2008 года. Но это не будет обвалом, это начнется постепенно, по мере готовности учебного заведения.

- Вы наверняка встретите сопротивление?

- Думаю, в Мурманской

области оно будет не очень большим. В силу того, что у нас качество знаний известно, мы ведь уже пять лет работаем в условиях ЕГЭ.

- То есть мы подготовлены?

- Не то слово Ведь работать в условиях ЕГЭ, сдавать экзамены муниципальным комиссиям (а это ожидает вскоре девятиклассников) - принципиально новая технология обучения. И уже сейчас каждый учитель думает, как ему максимально насытить знаниями учащихся. То есть дело все-таки не в радости, а в знаниях.

- А какова вторая проблема в системе образования, о которой вы говорили?

- Повелось уповать на быстрое решение в целом очень сложных проблем какими-то простыми способами и методами. Допустим, сейчас кричим про новую систему оплаты труда. Конечно, она скажется на качестве образования, безусловно, она повысит престиж учителя. Но одной только этой мерой разве решить проблему качества? И что, мы сразу заменим учителей? Словом, проблемы образования сложные, комплексные, а сама по себе система консервативна.

И в то же время эта система должна развиваться рациональным способом. Возьмите ЕГЭ. Мы уже 5 лет дискутируем, нужно или не нужно. Это ужас какой-то, сколько у нас противников. Когда я был у наших соседей в Финляндии, пытался спросить - а как у них? Сказал, что у нас нет единого понимания. Финны меня просто не понимали, потому что у них этой проблемы нет, как и во всех развитых государствах. Такова общемировая тенденция развития образования, на стороне которой должны стоять и мы. Как, к примеру, и на стороне Болонского процесса в высшей школе.

- А Болонский процесс тоже кому-то не нравится? Интересно, чем?

- Все кричат: вот у нас уникальная национальная система образования, ее нельзя рушить. Да не в этом проблема. Проблема в том, что согласно болонским договоренностям любой преподаватель российского вуза обязан владеть английским языком. Это раз. Проблема вторая - систему обучения и технологии необходимо принципиально изменить. То есть должна быть не просто лекция, а консультативная помощь преподавателя. И третье - студент будет сдавать экзамен не профессору, который у него читает лекции и ведет практические занятия, а административной комиссии университета, и это станет одновременно и оценкой труда профессора.

Казалось бы, для всех все очевидно, но когда некоторые мозгокруты начинают дискуссии на данную тему, они запутают любого и каждого.

- А кто же в основном дискутирует?

- Это прежде всего руководители вузов. Ведь к 2010 году в Болонский процесс впишутся единицы университетов. Так лучше от этого отказаться, чем сказать, что наш университет, извините, никак не вписался. Вы ж представляете, чтобы вписаться, сегодня надо посадить за парту весь профессорско-преподавательский состав и заставить его учить английский, ведь если к вам приедут иностранные студенты, вы обязаны проводить лекции на английском языке. Плюс надо очень хорошо знать свой предмет, знать, что творится в мировой науке.

- Наши вузы тоже столкнутся с этой проблемой?

- Это беда всех провинциальных вузов. И мы с этим столкнемся. Конечно, есть объективные трудности, они совершенно понятны, должен быть некий переходный период. Но вот когда мы начинаем забалтывать эти проблемы, как и ЕГЭ в свое время, то мы просто теряем время. А это не в интересах общества, государства и самой молодежи. Ведь студент вуза, присоединившегося к Болонскому процессу, получает диплом, который дает ему право работать в любой стране мира. Сейчас такого права у нас нет, что очень плохо. И мы же еще сопротивляемся.

- Спасибо за беседу.

Беседовала Наталья ЧЕЧЁТКИНА.

Издание «Полярная правда»

этот материал на нескольких страницах: 1 2

14 октября, 2007
рубрики: Заполярный, Луостари, Печенга
RSS